Прогрессивная Европа и лапотная Россия

Прогрессивная Европа и лапотная Россия

Кивают на Российскую империю, де, была аграрной страной. А что плохого? Плохо, что пшеница, сливы, картофель доставлялась с родных регионов, а ту же пшеницу, масло и яйца (!) экспортировали в Европу? Кивают, де, урбанизация была очень низкой. А здесь что плохого? Плохо, что жизнь мерили не «однушкой» в 38 кв. метров с раздельным санузлом, а двухэтажной усадьбой, двенадцатью детьми, пятью лошадьми, двумя коровами, и землей, которую не засеять даже втроем? Или урбанизация плохо влияла на общий технический прогресс в рамках одного государства? Но почему в аграрной стране был и автомат, и лампочка, и бронеавтомобиль «Храбрый», и Императорский военно-воздушный флот? Скажите на милость, где пересекаются парадигмы существования вольного и сытого быта крестьян («аграрная страна») и технического прогресса? В Европу урбанизация (а точнее, разрастание соразмерных человеку городов в мегаполисы) пришла и прошла БЫСТРЕЕ, а значит, Европа БЫСТРЕЕ получила плохую экологию, перенаселение, транспортную стагнацию и все остальное, на что мы, жители мегаполисов, плюемся каждый день. Кстати, именно муравейники-мегаполисы способствуют деструктуризации общества и образованию масс, превращая граждан в толпу, ютящуюся по ипотечным 38 кв. метрам в 22-х-этажных бараках. Даже поставленный «на попа» и обеспеченный горячей водой и канализацией барак остается бараком. Разве можно сравнить нынешнюю «барачную Россию» с «Россией домохозяев» начала XX столетия? Россия, оставаясь аграрной, развивалась в своем русле. Человек был вольный, ел и пил СВОЕ, не отказывал себе в потомстве, и не нуждался в кредите на унизительную «однушку» в пригороде чудовищного мегаполиса. Россия была в прямом смысле естественным государством, каким должно быть ЛЮБОЕ государство. И зачем вообще государство, если не для приумножения населения и его сытой жизни? Для Москоу-сити, высасывающего из «замкадья» всевозможные ресурсы, в том числе и человеческие? Но нет, нам ставят в укор низкие темпы индустриализации. А что, аграрность мешала производить сталь для танков и кораблей, электрифицировать города и строить метро? Нет. Кстати, план электрификации был разработан в Империи. И проект метро был разработан в Империи. Метро, между тем, не было для русских прорывом. Новость о метро воспринималась при дворе так: — А вы слышали, Николай Александрович, что наши-то учудили? Метрополитен собираются строить. — Да что вы говори-и-ите… — Ага, прям под Китай-городом. И на Запад аграрная страна продавала не дешевую сырую нефть, а дорогой керосин. Что это значит? У нас были квалифицированные рабочие, чаще всего жившие в своих маленьких, но усадьбах (см. роман Горького «Мать»), которых в революцию «рабочих и крестьян» загоняли пинками, под дулом чекистских наганов. Урбанизация без чувства меры — мегаполисизация — это настоящая беда. Здесь нечем хвастаться. Нормальная жизнь начинается с труда и земли, пусть даже это маленький садик городской усадьбы, а не с офиса и кредита. Прогрессивная Европа в этом преуспела и сейчас влачит свое существование. ТЕРПИТ. И мы с ней. Но нам ставят в укор то, что мы позже оказались с ними в одном котле: русские долго сопротивлялись, а сломать усадебный быт удалось только поганке Хрущеву. Надо было, мол, раньше, еще до революции превратить русский город-сад — посмотрите фотографии старых русских городов — они утопают в зелени! — в город-зад. Посмотрите, даже средний американский город больше похож на традиционный русский, нежели какие-нибудь Мытищи или Долгопрудный, не говоря уже о Москве. Среда обитания формирует человека. Может, пора выбираться из свинского советского состояния? Текст: Тимур Клейст