Прекариат — новый опасный класс

«Немного понятнее станет, если охарактеризовать их положение как ненадежное, неустойчивое (англ. precarious). В аналогичном положении друг к другу находятся друзья, родственники и коллеги, потому что заранее неизвестно, останутся ли они таковыми по прошествии нескольких лет или даже месяцев либо недель».

«Прекариат: новый опасный класс» Гая Стэндинга.


Жизнь на грани, жизнь без правил, о которой говорил Джокер в «Темном Рыцаре», дает больше свободы, но порой является гораздо более трудной, чем представляется большинству.

Определение

Что же такое прекариат, которому посвящена эта статья? Он образован из двух слов: англ. precarious – ненадежный, неустойчивый, нестабильный и нем. proletariat – думаю, перевод излишен. Впервые этот термин предложил французский социолог и философ Пьер Бурдье в 1998 году. По своему значению прекариат – это класс работников с временной или частичной занятостью, работающих таким образом на постоянной основе. У них нет стабильных доходов, отпусков и социальных гарантий, но есть, чаще всего, большая степень свободы, чем у работников с постоянной занятостью.

Основным исследователем прекариата выступает английский социолог Гай Стэндинг, написавший в 2011 г. книгу «Прекариат: новый опасный класс». В своей книге Стэндинг говорит, что современное западное общество делится на 5 основных групп по принципу своей трудовой принадлежности:

1. Элита – крайне богатые люди со страниц глянцевых журналов, обладающие контролем над политической властью.

2. Салариат (от англ. salary — зарплата) – высшая страта среднего класса, обладающая стабильной зарплатой и полной занятостью, которая рассчитывает занять место элиты. В основном, это управленцы крупных корпораций и государственных органов.

3. Профессионалы или «белые воротнички» – работники, обладающие знаниями и умениями, позволяющими им сохранять стабильное положение и переходить из одной корпорации в другую без потерь, зачастую трудятся по контракту в сфере «умственного» труда.

4. Сердце или сердцевина – прежний пролетариат.

5. Прекариат – те самые неустроенные люди, у которых нет полной занятости.

Кто же входит в число прекариата? Это молодежь, в основном студенты или недавние выпускники, пенсионеры, инвалиды, нетрудоспособные, мигранты и бывшие заключенные, число которых, по данным Стэндинга, продолжает расти вместе с ростом числа тюрем.

По мнению Стэндинга, прекариат – это порождение, с одной стороны, коммерциализации общества конца 1970-х годов, когда потребление на Западе стало превышать доходы, а заработная плата превысила стоимость самой работы за нее, и неолиберальных реформ Рейгана и Тэтчер 80-х, в результате которых произошел экономический рост при одновременном увеличении безработицы и сломе прежней социальной структуры, с другой.

Эта проблема затронула, в первую очередь, США и Великобританию, но другие европейские страны не отставали. По недавним данным, в Испании около 40% выпускников университетов не имели постоянной работы, в Греции последствием экономического кризиса стало 30% безработных, а в Италии все пребывающие мигранты стали главной движущей силой увеличения прекариата. Распространилась эта тенденция и на развитые азиатские страны, прежде всего, Японию и Южную Корею.

Не обошел прекариат и наше «богоспасаемое Отечество». Однако у нас на эту тему обратили внимание совсем недавно. В 2013 году вице-премьер правительства РФ по медицине, трудовым отношением и социальным вопросам Ольга Голодец, выступая на XIV Международной научной конференции «Модернизация экономики и общества», заявила дословно, что 38 млн трудоспособного населения «непонятно где заняты, чем заняты, как заняты», то есть работают неофициально и фактически не платят налогов, или платят их ограниченно. Количество всего трудоспособного населения РФ на конец 2018 года, напомню, составляло 82, 2 млн человек. Причем с 2013 г., по оценкам экспертов, число людей, работающих неофициально, только растет и составляет около 30% от всех трудоспособных, то есть не менее 20 млн человек. Ситуация, как видите, вполне серьезная.

Обычный русский «неустроенный» – это курьер, программист, копирайтер, дизайнер, редактор, сезонный рабочий на деревенских полях и еще много самых разных профессий. Проще говоря, обычный русский «неустроенный» – это я.

Взгляд изнутри

Я – журналист, писатель и исследователь, а иногда еще и репетитор. Все это я делаю неофициально, по своему официальному статусу я уже более полугода безработный. Я пишу исторические, политические и даже экономические статьи фактически везде, где меня будут читать и где мне заплатят, при условии, что не придется отказываться от своих убеждений и мнения. То есть для «Вестника Бури» я писать никогда не буду.

Как любой «самозанятый», я выполняю кучу работы, за которую мне никто не заплатит. Например, я каждый день ищу новые места, куда мог бы писать и езжу по собеседованиям. Если заказов долго нет, я даю уроки английского, истории и обществознания. В настоящее время я задумываюсь о том, чтобы устроиться курьером на несколько часов в день для более-менее постоянного дохода в неделю.

Конкуренция на рынке высока, и есть писатели и публицисты гораздо известнее меня, то есть при прочих равных ставках скорее всего выберут их. Но я пишу уже практически 5 лет, поэтому успел набраться определенного опыта, выработал, как мне кажется, собственный писательский стиль, много читаю и дотошно готовлюсь к любой теме, поэтому статьи у меня, льщу себя надеждой, выходят вполне неплохие. В общем потоке я скорее всего не затеряюсь.

Однако даже когда я работал на одном месте постоянно, я был трудоустроен официально всего один год – на кафедре одного барнаульского вуза. В остальное время я работал все в том же вузе по договору гражданско-правового характера, и после увольнения на бирже труда мне сказали, что я могу рассчитывать лишь на самое маленькое пособие по безработице, поскольку их интересует только трудовой договор, а я работал по нему больше года назад. Как вы понимаете, на бирже труда я больше не бывал.

И это не только моя проблема. Моя девушка ведет занятия по рисованию для детей в собственной частной школе, которая занимает целый один кабинет, и полностью зависит от того, захотят ли ее ученики в этом месяце ходить на занятия, или нет. Один из моих друзей рисует на заказ через Интернет, другой полгода работал в местной компании по продаже лимонадов – само собой, все это неофициально. Фактически, из всех моих знакомых в Барнауле официально работают лишь те, кто сумел сразу устроиться на денежную должность или кого устраивает невысокая оплата труда в нашем городе.

Но не все так плохо. Мне нравится работать из дома и писать не «продающие» посты, а именно о том, что меня интересует и что я считаю важным. И я зарабатываю по-разному в зависимости от количества статей. Единственная проблема – заработок крайне нестабильный.

Возможные решения

У проблемы прекариата есть два возможных решения. Первое – это безусловный базовый доход, который предлагает сам идеолог «общества прекариата» Гай Стэндинг. Безусловный базовый доход – это фиксированная сумма для удовлетворения основных потребностей, которую государство платит каждому гражданину вне зависимости от его вклада в экономику. Все остальное гражданин зарабатывает сам. То есть не разбогатеешь, но и с голоду не умрешь. Все издержки при этом покрываются, например, доходами от продажи естественных ресурсов – то есть нефти и газа, в нашем случае.

Но эта идея по своей сути является левой, и, как большинства левых идей, популистской и малореальной. В особенности это касается Российской Федерации. Я скорее поверю в то, что Сибирь превратится в тропические джунгли из «Metal Gear Solid 3», чем Сечин и иже с ним захотят поделиться хотя бы копейкой из своих сверхдоходов с нами. Такие вещи обычно происходят только после того, как хозяева естественных ресурсов теряют свою власть над ними. Еще нужно принимать во внимание то, что введение безусловного базового дохода должно произойти в государстве, которое в настоящее время всячески урезает социалку и принимает разного рода реформы, которые должны отнять еще больше денег у граждан – то же увеличение налогов и пенсионная реформа. То есть, как мне кажется, эта мера в нашей стране воплощена в жизнь не будет, по крайней мере, в ближайшей перспективе.

Другое решение буквально лежит на всеобщем обозрении, но почему – то говорят о нем гораздо реже. И Богемик, и Дмитрий Галковский в унисон писали, что в будущем государства отойдут на второй план, а важную роль снова, как в Средние Века, будет играть то, в каком союзе, сообществе или ордене состоит человек. То есть второе решение – это создание гильдий. Причем у нас перед глазами даже есть пример, где это решение вполне успешно воплощено в жизнь – Голливуд.

В голливудской индустрии у всех есть гильдии – у киноактеров, сценаристов, операторов, режиссеров. Они говорят, что состоят в профсоюзах, но это не так. Профсоюзы коллективно обеспечивают своим членам стабильные и регулярно растущие зарплаты. Гильдии же устанавливают достаточно высокие зарплаты и условия для своих членов, чтобы компенсировать простои в работе. Они не могут гарантировать работу, но предоставляют условия, в которых зарабатывать становится проще и права своих защищаются. Например, они устанавливают минимальную продолжительность контракта на съемках, в течение которой актер получает деньги. Таким образом, они дают некоторую стабильность в мире, который постоянно меняется.

И здесь в дело вступают те самые «local crew». На основе таких сообществ может создаться все, что угодно – от гильдии журналистов, частью которой я бы счел за честь быть, до союза писателей, настоящего, а не постсоветского междоусобчика людей «с хорошими лицами», и ордена офицеров – ветеранов Донбасса. А это, как вы понимаете, совсем другой уровень претензий и амбиций.

Эти сообщества вполне могли бы гарантировать своим членам минимальные цены на их услуги и основные условия, по которым эти члены работали и зарабатывали бы. Они бы защищали права своих членов и не давали бы ни рынку, ни РФ навязывать им работу за копейки в обмен на их уникальный опыт и навыки.

Гай Стэндинг в своей книге заявляет, что прекариат – это пока «класс в себе», класс, не осознавший общности своих интересов и не борющийся за свои права единым фронтом. Если же отбросить словесную мишуру уровня «лефтвинг», в России есть десятки миллионов людей, доходы которых нестабильны, а права – ничем и никем не обеспечены. «Локальные группы» способны дать людям эти права и, что не менее важно, дать им возможности бороться за эти права вместе с единомышленниками, у которых есть те же проблемы. Будущее без государств наступает на пятки, и все мы должны оказаться в правильных гильдиях, чтобы как-то выживать в постоянно изменяющемся мире.

Tags: