Последний белый

«Смерть скроет всё; но до конца успеем
Мы подвиг благородный совершить,
Людей, с богами бившихся, достойный»

Альфред Теннисон, «Улисс»

Согласно наиболее распространенной хронологии, Гражданская война в России завершилась к октябрю 1922 года, когда основные антибольшевистские силы на её территории были разбиты и эвакуировались за границу. Однако среди белого движения ещё оставались несгибаемые офицеры, которые либо не слышали об этом, либо вовсе не считали свою борьбу законченной. Одним из таких офицеров был Валентин Леонидович Дуганов, и именно ему посвящена эта статья.

К сожалению, о биографии Валентина Леонидовича Дуганова до событий Гражданской войны известно достаточно мало. Дуганов родился в Саратове, участвовал во Второй Отечественной войне 1914-1918 годов, на которой получил Орден Святого Георгия и в 1921 году ему было 29 лет. Вот и всё, что можно сказать о нём достоверно. Даже насчет его офицерского звания есть разные данные.

Историк Сергей Волков в своей книге «Трагедия русского офицерства» сообщает, что Дуганов носил звание полковника. Начальник штаба Ольгинского военного района подполковник Волжского стрелкового им. генерала Каппеля полка Мартынов Николай Андреевич в своих воспоминаниях, опубликованных в журнале «Русская Атлантида», называл его подполковником. Исследователь же Павел Новиков в своей работе «Повстанческий отряд В.Л. Дуганова в 20-х гг. ХХ в.» сообщает, что в разных источниках звание Дуганова варьируется от штабс-капитана до полковника. Поскольку в большинстве источников Дуганов фигурирует как полковник, именно это звание я буду использовать в дальнейшем.

В то же время достоверно известно, что в гражданскую войну Дуганов воевал с большевиками на востоке России, на территории Иркутской губернии, возглавляя к 1921 году партизанский отряд численностью около 1000 человек. После поражения основных антибольшевистских сил на востоке страны, Дуганову вместе с остатками своего отряда удалось прорваться в Якутию, по другим данным – в Монголию.

13 марта 1921 года полковник вместе с группой офицеров был арестован красными, по данным Новикова, в городе Маймачене-Кяхте на границе между Россией и Монголией. Дуганова обвинили в службе в корпусе генерала Каппеля и участии в белогвардейской организации вышеупомянутого города и сразу же отправили в Иркутскую губернскую тюрьму.

В этот период большевики занимались в Иркутской тюрьме своим излюбленным делом – расстрелом арестованных. Именно события в Иркутской тюрьме стали основой для повести Владимира Зазубрина «Щепка», по которой в 1992 году снимут фильм «Чекист», рассказывающий о реальной работе ЧК – то есть о рутинном бездумном убийстве сотен невиновных людей. Учитывая нынешнюю героизацию ЧК и её наследников – НКВД и КГБ, выходцы из которой занимают многие государственные посты в РФ, вы можете представить себе, что этот фильм, как и повесть, не получили особой известности.

Увидев расстрелы сослуживцев, которым «справедливый пролетарский суд» назначил 5 лет, но затем резко передумал, Дуганов решил бежать. Он сговорился с другими заключенными, которыми так же нечего было терять, и в один из дней, когда расстреливать стали не только приговоренных, но и ни разу не допрошенных арестантов, группа из семи человек бросилась на вышку с часовым, перелезла через забор и скрылась в бурятских улусах.

Среди сбежавших был и сам Дуганов. Вскоре большевики пожалеют, что вернули его на родину, так этот бешеный враг советской власти будет с выдумкой использовать их же собственные методы против них самих.

В октябре 1921 года группа Дуганова, состоящая из 3-5 человек, встретилась с крестьянским повстанческим отрядом Черепановых в Верхоленском уезде. Объединившийся отряд из 60 человек двинулся к реке Лене через деревню Толмачево. По пути повстанцы расстреливали и рубили местных большевистских активистов, советских функционеров и учителей.

Прибыв в село Карам под видом красноармейского отряда, повстанцы созвали партсобрание, во время которого арестовали членов большевистской партии. Арестованных 16 человек ночью зарубили топорами, за что повстанцы получили от местных кличку «натопорники». Как видите, Дуганов успешно использовал тактику красных и тех же махновцев, которые нередко проникали на враждебную территорию под видом белогвардейских офицеров.

Местные большевистские активисты опомнились и напали на отряд полковника близ деревни Токолонь. Им удалось убить нескольких повстанцев при собственных потерях в три человека и выдавить их с территории уезда. К счастью для Дуганова, в дело вступила уже сформировавшаяся советская бюрократия, которая руководствовалась знаменитым принципом «Не моя территория – не моя ответственность». Красные командиры Мясников и Орлов заявили, что белых они из своего уезда выгнали, а дальше с ними пусть разбираются большевики Киренского уезда.

Киренские действительно столкнулись с разведкой Дуганова в деревне Юхта, и отряд был вынужден отступить к Тарасово. Красные окружили деревню, но белых там уже не оказалось. Большевики выслали людей в погоню, но те, поискав восемь суток, вернулись ни с чем. Повстанцы к этому времени уже прошли село Новоселово на санях, заплатили за хороший прием местным крестьянам и двинулись дальше.

После Тарасово белые разделились. Черепановы вместе с десятком людей вернулись на реку Лену и через год сдались красным. Сам же полковник с полусотней повстанцев двинулся на Байкал.

По пути Дуганов привлекал к себе новых людей как из местного русского населения, так и из эвенков и якутов, рассказывая им об усиливавшемся повстанческом движении в Якутии под предводительством белогвардейцев, что вполне оказалось правдой в дальнейшем. Кроме непосредственно солдат требовались и проводники, без которых отряд Дуганова безуспешно пытался проехать долиной реки Окунайка и был вынужден вернуться. Однако отсутствие проводников помешало и красным преследовать противника. Всё же, набрав знавших местность эвенков и бросив обоз, отряд белых сумел выйти к Байкалу через реку Улькан.

На Байкале отряд Дуганова, числом в 64 человека, развернулся вовсю. Сразу после партийного собрания в декабре 1921 года повстанцы расстреляли в Тые и Горемыке около 10 большевиков, их жён и сочувствующих. В Нижнеангарске казнили 15 большевиков, включая партийных руководителей и учителей. Также убили сочувствовавших красным торговцев пушниной и евреев. В Иркане Дуганов расправился с местными работниками ОГПУ. Красные пытались преследовать повстанцев, но те каждый раз ускользали. Местные жители выдвигали теории, что белые перехватывали телеграммы красных и потому успевали скрыться.

Как вы можете заметить, Дуганов бил именно по сторонникам большевиков из местных учителей, ссыльных, евреев, работников ГПУ – всем тем, кто и установил советскую власть на байкальской территории. Он не щадил ни сочувствующих, ни членов семей коммунистов, действуя в точности согласно тактике «красного террора». Только теперь любимое оружие большевиков использовалось против них самих.

Отряд пробыл в Иркане до самого начала 1922 года и двинулся на восток к реке Витим. Во время пребывания в Иркане Дуганов привлек новых повстанцев, запасся походной одеждой и вьюками для лошадей и оленей. Также полковник получил запасы золота, добытого в уезде, от золотопромышленников и торговцев. Согласие которых было получено довольно просто – пытками. В первый этап Белого движения его руководители пытались добиться сотрудничества купечества и промышленников уговорами и обещаниями, о таких случаях упоминал, например, первый глава Добровольческой армии генерал Михаил Васильевич Алексеев, но не достигли успеха. Теперь же времена и методы изменились. Отряду Дуганова удалось таким образом получить необходимые средства для оплаты проводников.

Отряд отправился в длительное путешествие долинами рек Янчуй и Муя. Повстанцы двигались по пути современной Байкало-Амурской магистрали. В селе Муя уже 120 повстанцев пробыли два месяца, расправляясь с местными большевиками. У Парамского порога на реке Витим застава белых столкнулась с ротой Частей Особого Назначения (ЧОН) под предводительством красного командира Максимова, прибывшей из города Бодайбо. Рота потеряла троих. Одновременно к Муе из Баргузинской долины прибыл конный отряд численностью в 120 сабель во главе с Носковым. После стычек с красными кавалеристами полковник двинулся на северо-восток — к Якутску.

В июне 1922 года повстанцы были на реке Жуя и по верховьям реки Чары направлялись к Якутску. Дуганов выбрал очень удачное время для прибытия в Якутск. Ещё с 1921 г. там происходили антисоветские выступления якутов, которые к марту следующего года переросли в полноценное восстание, в результате которого повстанцы осадили Якутск. Отряд Дуганова соединился с восставшими в июне 1922 г. в поселке Чурапча к востоку от Якутска. После многократных стычек с красными он насчитывал всего 54 человека.

В Чурапче повстанцы выбрали Якутское областное народное управление, которое должно было взять на себя руководство восстанием. Однако вскоре красные перешли в наступление, сняли осаду Якутска и оттеснили белых к побережью Охотского моря.

К октябрю 1922 г. полковник с отрядом находился в Нелькано-Аянском районе. Существует несколько версий того, что произошло с Дугановым дальше. По одной из версий, осенью этого же года он переправился во Владивосток, ещё находившийся тогда под контролем белых. По другой, высказанной чекистом И.П. Павлуновским, отряд Дуганова, усилившийся до двух сотен человек, продолжил в конце года воевать с большевиками в Нерчинском районе Забайкалья. По третьей, он с отрядом ушел в Китай летом 1923 года. Тем не менее, большевики Иркутской губернии считали, что в июне 1923 г. полковник из Бодайбинского района выдвинется в Якутию, чтобы снова поднять там восстание. Их особенно пугала поддержка Дуганова со стороны местного населения, так как офицер добросовестно платил за взятые у них припасы.

Последнее недостоверное упоминание о Дуганове датируется сентябрем 1924 года, когда у поселка Могоч в Забайкалье красноармейские подразделения окончательно уничтожили отряд полковника, который прибыл туда с территории Китая.

Таким образом, даже окончание боевого пути полковника Валентина Леонидовича Дуганова покрыто мраком. Однако, учитывая бешеную ненависть офицера к советской власти, крайне сомнительно, что он не продолжил бы борьбу с ней, даже уйдя в Китай. Поэтому версия красных о том, что им всё же удалось победить Дуганова только осенью 1924 года, представляется мне наиболее вероятной.

Личность Валентина Леонидовича Дуганова достойна того, чтобы о нём помнили. Этот белый офицер находился в непрерывных боях целых 10 лет с самого начала Великой войны и не останавливался ни перед чем. Он был одним из самых яростных и долгих противников новой большевистской власти. Дуганов боролся с ней всеми доступными методами, включая и методы самих большевиков – террор и расстрелы всех сочувствующих, не щадя даже членов их семей, а также насильственный захват золотых запасов. К населению же полковник относился совсем по-другому – добросовестно платил за все взятые продукты, чем привлекал их на свою сторону. Большевики обвиняли его в исключительных зверствах, но местные русские, якуты и эвенки продолжали идти под его командование.

Небольшой отряд Дуганова действовал на территории размером с Канаду и сказал новое слово в организации повстанческих рейдов. Он своим примером опроверг эффективность национальной политики большевиков в Якутии и поднял восстание там, где оно считалось невозможным – среди пустынных и морозных пространств первобытных обществ.