Настоящие русские меры

Настоящие русские меры

У нас любят призывы вернуться к чему-нибудь русскому и исконному. Не важно, к чему именно. Главное, чтобы было наше. Потому что наше — особенное. Россия — это отдельный континент, который парит слегка надо всеми остальными, и только завистливые немцы пытаются переписать историю, чтобы отнять у нас истинное знание о не имеющих аналогов артефактах и достижениях. Все хотят быть особенными, это естественное стремление. Автор этих строк в детстве, заслышав разговоры взрослых о том, от какого дедушки у него уши, а от какой бабушки площадь лба, врывался в обсуждение, резко возражая: «Я ни в кого, я сам в себя пошел». Но детство прошло, и он многое понял.

История мер в России не сильно отличается от любой другой тем, что на протяжении истории она, во-первых, не имела незыблемого стандарта, а во-вторых, менялась под действием самых разных обстоятельств.

Древние меры длины — естественные. Это значит, что они основаны на реальных вещах и не являются абстракциями. Основой меры могли стать: зерна, рабочие инструменты, части тела или даже сами объекты измерения. Так, в Древней Руси применялась мера «осетр», размером примерно со среднего осетра. «Примерно» здесь ключевое слово. Подобные меры не имели конкретного значения, они отличались от местности к местности. Сама местность могла ограничиваться не только княжеством или областью города, но и чем-нибудь более локальным вроде деревни, в которой все общаются на ярмарке и понимают, что имеется в виду. Надо заметить, что средневековые города размером в несколько тысяч человек в этом отношении не далеко ушли от деревень. Их торговые площадки были относительно невелики. Поэтому многие люди также знали друг друга и понимали, что подразумевается под той или иной мерой. В том числе иностранной.

В XVIII веке прошли большие и важные реформы. Русские меры были стандартизированы на общегосударственном уровне. Попытки сделать это предпринимали правители и до Петра, но у них было меньше административных и технических возможностей контролировать следование эталонам во всех концах огромной страны. Зарождение промышленности и появление более точных инструментов в Новое время дало государству новые возможности. Наконец появился всеобщий мерный язык, который без ошибок понимали люди со всей страны.

Целью Петра была бóльшая интеграция России с другими европейскими странами. Для этого некоторые старинные меры были скорректированы, и к ним по надобности добавлены иностранные. Для морского дела однозначно годились общепринятые узлы и мили, которые русские переняли от голландцев, так как учителями нового корабельного дела были в основном мастера из этой страны. Придумывать свою замену удобному стандарту не было необходимости и никому не пришло в голову. Наоборот — удобнее понимать голландских, английских и норвежских мореходов. Поэтому единая система мер желательна, когда вы хотите овладеть иностранными технологиями. Это относится и к любым другим стандартам.

Похожая ситуация складывалась в торговле. С той разницей, что заменять уже привычные русским многовековые меры полностью было нецелесообразно. Это могло превратиться в невероятно сложный проект, если бы Петр захотел осуществить его в течение своей жизни. В разных концах России люди мыслили мешками, чашками, золотниками, пудами, ведрами и бутылками. Попытки сломать эту систему привели бы только к появлению двух систем: официальной и народной, которой продолжали бы пользоваться в мелкой торговле. Такая путаница любителю порядка и устава Петру не нужна была совершенно точно.

Что касается «допетровских» русских мер — они тоже не появились на пустом месте. Торговля с соседними и дальними народами велась с доисторических времен (буквально — до записанной истории славян). Происхождение некоторых исконно русских мер возводят к самой древнеримской системе. Берковец — большая мера веса, созданная по образу бочки с воском массой около 160 килограмм. Название меры происходит от древнерусского названия шведского города Бьёркё, который был конечной точкой торгового пути между скандинавами и арабами, а также частью пути из варяг в греки. В этой местности в Средние века шла активная торговля. Воск — один из важных продуктов импорта у славян, и вероятно стандарт выработался именно в результате торговли им.

Также существует версия, что одна из основных мер длины, сажень, имеет греческое происхождение. Иначе говоря, пришла к нам с востока Римской империи. Понятие «сажень» изначально обозначало целое семейство из десяти мер: царской, церковной, народной, казенной, городовой, кладочной, великой и малой, простой, одной без имени, и одной «греческой». Самая малая безымянная имела в длину 134,5 сантиметра, а самая большая городовая — 284. Как можно догадаться по названию, именно греческая предположительно была в этом ряду первой, потому что могла прийти к нашим предкам через торговлю с Константинополем. Само русское слово происходит от глагола сягать (досягать). Речь о концах расставленных рук взрослого человека. Мера естественная, основанная на частях тела, поэтому не исключено, что имеет очень древнее происхождение и была лишь скорректирована при контакте с более цивилизованной Византией. Как видно, корректировка не стала всеобщей, а только добавила плюс одну меру к обширному списку.

Еще одна мера из древнего мира — безмен, равный 1,022 килограмма. Значение русского безмена по книгам XVI века в точности совпадает c древнееврейской миной, описанной у историка Иосифа Флавия. Также из этого описания ясно, что, во-первых, в то время у нас пользовались фунтами (которые изначально являются ни чем иным как древнеримскими либрами), а во-вторых, что русский золотник равен древнегреческой драхме. И страшно сказать — мина имеет шумерское происхождение, а распространилась дальше на Восток и Европу благодаря тому, что ее заимствовали вавилоняне.

Мы привели примеры с берковцом, саженью и безменом не для того, чтобы намекнуть, что «русские меры — не русские». Это сделано в качестве демонстрации того, насколько тесно русская культура связана с культурами других европейских народов. Не только их, если углубляться в совсем седую древность. Так что «чужое» становилось своим не только при Петре, но и много раз до него. В качестве резюме помпезно приведем слова одного древнего деятеля тоже восточного происхождения. Между прочим, тесно связанного с заимствованиями. «Бывает нечто, о чем говорят: „смотри, вот это новое“; но это было уже в веках, бывших прежде нас».

Задонать своей кибердиаспоре
И получи +14 баллов социального рейтинга!