Переводы Плакаты

Бутерброды с кетчупом и другие вещи, которые едят глупые бедные люди

«Люди, у которых есть деньги, не понимают, что 17 долларов могут разорить».

Оригинальный материал был написан Анастасией Бэйзил в 2016 году и собрал в своё время чуть больше миллиона просмотров и не меньше 35 000 положительных оценок на Medium. Мы не могли обойти его стороной, поэтому представляем вашему вниманию наш перевод «Ketchup Sandwiches and Other Things Stupid Poor People Eat».

 


 

Я встретила женщину по имени Мэй. Она водитель фургона в производственной компании и работает по 14 часов в день. Тем не менее она сохраняет оптимизм и говорит, что одним глазом следит за дорогой, а другим за вознаграждением — денежным чеком, который поможет удержаться на плаву в мёртвый сезон.

Мы едем через бедный район Атланты. Грязные улицы. Старые дома. Во дворах валяются пластиковые игрушки, но детей нет. В районе тихо. Я живу в Лос-Анджелесе, мире нянек и садовников, где холмы наполнены звуками: голосами детей и шелестом листвы. Но Атланта мне нравится больше — у продуктового магазина в середине дня всегда есть парковочные места. В Лос-Анджелесе всё наоборот: не имеет значения, сколько сейчас времени, TraderJoe’s (сеть магазинов) набит домохозяйками и фрилансерами.

Мы проезжаем мимо десятилетнего авто Buick Skylark («Бьюик-жаворонок». Skylark- модель, Buick — марка машины). Я указываю на машину своей попутчице.

— Ты любишь машины? — спрашивает Мэй.

Я не люблю машины, мы с отцом бросили один из этих Бьюиков на обочине шоссе во Флориде, когда я была подростком. Только так моя семья могла позволить себе авто — мы покупали их на последнем издыхании и оставляли там, где они умирали. Я рассказываю ей, как вернулась домой из школы, а в холодильнике не было ничего, кроме бутылки красного винного уксуса и остатков салата. На столе лишь пакет картошки и бутылка оливкового масла из магазина, где все продают по 1 доллару. Таким был ужин: картофель и салат.

— Я понимаю тебя, — говорит она мелодичным голосом. — В детстве мы всё время ели бутерброды с кетчупом. Мы не жаловались. Мы ели.

Я рассказываю ей о случае, когда однажды я одолжила красные штаны со штрипками (Помните такие брюки из 80-х?) у своей подруги Марлы. Два её старших брата ездили на корветах (Corvettes). Марла же водила машину, которая больше подходила для шестнадцатилетнего подростка, — Oldsmobile Cutlass Supreme. Но тачка была новой и принадлежала ей. Она одолжила мне штаны для вечеринки. (Я же не могла пойти в своей нищенской одежде, в конце концов). Короче говоря, штаны порвались на икре. Мама рыдала, как будто пришла сама смерть, искала красную нить и смотрела на меня так, словно я совершила худшую вещь на свете. Марла потребовала за штаны 17 долларов.

Мэй приглашает меня сесть рядом с ней. Движение к моему отелю плохое, нам придется постоять в пробках. Я выключаю свет на следующем светофоре.

— Значит, её братья водили корветы?

— Ага.

— У каждого по машине?

— Именно.

— Господь Всемогущий, — говорит она. — Люди с деньгами не понимают, что 17 долларов могут разорить.

Мэй рассказывает мне, как она возвращалась из школы, а мать тащила её с сёстрами наверх, чтобы они выбрали одежду на следующий день, пока не отключили электричество.

Слишком часто останавливаемся на красный.

Я бедствовала во Флориде. Мэй из Детройта. Я спрашиваю, что она делала, чтобы согреться.

— Бедные дети просто делают то, что должны. Дети из обеспеченных семей паникуют, когда они не могут получить что-то новое или же, если они не могут вступить в спортивную команду. Спорт и состязания — это роскошь.

Я рассказываю о своих родителях, как они будили меня посреди ночи и шептали: «Нам пора идти». Есть разница между уходом и выходом. Мы собирались и уезжали до утра, чтобы соседи не увидели, что нас выселяют.

— Я понимаю тебя, — говорит она. — Господь Всемогущий, я понимаю тебя.

Америка любит помогать босоногим, безайфонным, бессловесным, кишащим клопами Иисусам с улицы. Это бедняки, потерявшие дело; всё, что им нужно — это ваша карманная мелочь. (Благослови их сердца.) Но работающие бедняки? Те, кто утверждает, что у них недостаточно денег на еду, потому что им также нужна одежда для работы, вода для купания и стирки, арендованное жильё, тепло зимой, деньги на детский сад, смартфон для работы, страхование автомобилей и газ, — это хитрые ублюдки.

Если вы живёте за счёт продовольственных талонов, Америка имеет полное право ненавидеть вас, о чём свидетельствует сердитый консервативный крик на отца и ребенка за использование продовольственных талонов. Эта дама доказывает, что консерваторы любят хорошую ненависть, как любят хороший стейк. Полагаю, она считает себя хорошим человеком, посещающим церковь. Мы все думаем, что все остальные мудаки, верно? Нынче не так много самонаводящейся агрессии на дороге. Как часто мы открываем свои машины? Всегда было нормальным ненавидеть другого парня, когда ненависть оправдана, например, если она направлена на похитителей детей, насильников или пользователей продовольственных талонов.

У костра FoxNews сгрудились те, кто любит рассказывать небылицы о бедняках, покупающих наркотики, алкоголь и обувь от Гуччи на налоги. Это не так работает. Я жила за счёт продовольственных талонов. Правительство не раздает пачки денег. Если вы имеете право на продовольственные талоны, то получаете пластиковую продуктовую карту, которая работает только для пищевых транзакций. Ключевое слово: квалифицировать. Ты не просто подписываешься, это не урок тенниса в клубе. Женщину на видео пугает то, что она видит, что находится в тележке отца (еда для его ребенка), и она ненавидит его за это.

Тупые нищеброды. Если бы только мы были дипломированными инженерами. Если бы мы только получили высшее образование. Если бы наши родители не были бедными. Если бы только они говорили по-английски. Если бы мы работали усерднее. Если бы только мы были больше похожи на консерваторов, которые считают, что всё, что у них есть сегодня, является прямым результатом их труда.

Когда вы смотрите на паутину, можете ли вы указать на 8-ю паутину или 108-ю? Есть те, кто претендует на эту поразительную способность, те, кто берёт на себя всю ответственность за пошаговое создание (паутинка за паутинкой) лучшей жизни, чем наша, жизни без помощи. Если тебе помогали платить за колледж, если кто-то купил тебе первую машину, если у тебя была медицинская страховка в детстве, если твоя мама никогда не плакала из-за 17 долларов, тебе повезло. Ты выиграл в лотерею и родился в семье, которая могла бы отдать тебя в футбольную команду и купить новые бутсы, когда старые станут малы. И кто-то был дома, чтобы помочь тебе с математикой и давать тебе витаминку каждое утро. Кстати, это называется помощь. И не все дети это понимают, но всем детям стоит это понять.

Не путайте помощь с благотворительностью. Благотворительность — это старые пальто. Пожертвование пальто не делает тебя хорошим человеком, но, держу пари, ты чувствуешь себя таковым. Это пальто тебе и не было нужным, ты просто хотел освободить место в шкафу. Конечно, ты мог бы продать его на гаражной распродаже и заработать долларов двадцать. Это было дорогое пальто, чёрт возьми. Но ты, с твоим золотым сердцем, отдал его. В Божьих глазах есть огонек только для тебя.

То, что делает вас хорошим человеком для других (а не только для себя), — это то же самое, что делает меня или любого, кто может позволить себе случайный коктейль за 12 долларов, хорошим человеком: Ваш голос. Не твоё пальто.

Голос за прожиточный минимум для других. Голосуйте за медицинскую страховку для нуждающихся. Не мешайте другим получать продовольственные талоны. Поймите, насколько кому-то важны эти 17 долларов. В этом бедном районе Атланты тихо, потому что люди работают и платят за детский сад. Они отрабатывают те же часы, что и вы, но получают дерьмовую зарплату.

Хорошенько посмотри на свои ноги. Если ты родился на линии старта и в хороших кроссовках, это была удача. Чистая удача. Самое главное, что вы можете сделать сейчас — это помочь тем, кто должен был начать гонку в миле позади вас, босиком.

👈Предыдущий пост
Следующий пост👉