Белые бананы

Белые бананы

Этот перевод оригинальной новости и статьи с сайта «Вашингтон пост» сделан Артёмом Ивановичем и Милой Совой и подготовлен редакцией

Предисловие редакции

В этом месяце случилось очень интересное событие для США, а значит, в некоторой степени и для всего мира. Банановую компанию «Чикита» признали виновной в спонсировании массовых убийств. Именно так, мы не искажаем факты ради кликбейта. Самое замечательное в том, что «Чикита» — не латиноамериканская фирма, как вы могли подумать. Её штаб-квартира расположена в США, в столице штата Огайо.

Получается, американцы открыто обвинили сами себя в том, в чём их постоянно винят менее удачливые государства. Ну и что, казалось бы? Сильному всё сойдёт с рук. Но в этой истории интересен не только факт судебного приговора.

Газета «Вашингтон пост» сообщает нам новость о завершении суда над «Чикитой». Помимо прочего, в ней звучат слова: «праворадикальное объединение». Они относятся к военной группировке, которую, согласно решению суда, спонсировала банановая фирма.

Праворадикалами западные СМИ сейчас рады окрестить кого угодно, кто сомневается в публичной морали (запрещённой в РФ). Но парамилитарное объединение, которое якобы принимало от американцев деньги, на самом деле боролось с левыми. Оно делало это при помощи оружия и под лозунгом защиты населения от леворадикального террора — существование которого, к чести «Вашингтон поста», она тоже признаёт. Правда, из новости вы этого не узнаете. Новость говорит только то, что «мы помогали правым убивать людей». Зато в ней есть ссылка на историю вооружённой борьбы (доселе) мирных колумбийцев против таких же вооружённых левых колумбийцев. Как и любая, гражданская война — сложная штука, и редакция придержит свои симпатии к главному герою статьи, предоставив читателям самим сделать свои выводы.

Мы только хотим обратить ваше внимание на контраст между новостью 2024 года и статьёй 2001. В старом материале другой выбор терминов, присутствует упоминание того, что, вероятно, обе стороны нечисты на руку, и самое главное — честное освещение причины конфликта. ​​​​​​​

Редакция перевела для вас оба материала. Это удивительная история. Только подумайте: разгневанный фермерский сын на деньги американской корпорации и, очевидно, не без поддержки Пентагона, начал в своей стране войну против коммунистов.

«Вашингтон пост», 24 июня 2024 года

Банановая компания «Чикита» выплатит 38,3 миллиона долларов жертвам военных преступлений

По решению федерального суда, вынесенному в прошлый понедельник, «Чикита» должна возместить ущерб жертвам колумбийской военизированной группы в размере 38 миллионов долларов. Суд признал компанию виновной.

Решению предшествовали семнадцать лет судебных разбирательств. Они начались в 2007 году, когда «Чикита» призналась Министерству юстиции США в переводе 1,7 миллиона долларов Объединённым силам самообороны Колумбии (далее ОССК) — праворадикальному объединению, которое притесняло мирное население и было признано правительством Соединённых Штатов террористическим. Министерство юстиции США охарактеризовало финансовую поддержку этой группы «Чикитой» как «долгосрочную, стабильную и весомую».

Изначально «Чикита» должна была выплатить только 25 миллионов штрафа за нарушение антитеррористических законов США. Эта сумма не включала в себя компенсации жертвам ОССК. Однако на этой неделе суд доказал причастность компании к восьми смертям от рук членов указанной группировки. Это создаёт прецедент для тысяч других жертв ОССК. Судебный процесс по их искам должен начаться в июле.

По мнению Мариссы Валсинг, директора транснациональной правовой компании EarthRights International, которая представляет пострадавших в суде, это было историческое решение: «Впервые американские присяжные признали американскую компанию виновной в нарушении прав человека за границей».

«Чикита» заявила «Вашингтон Пост», что намерена обжаловать решение суда: «ситуация в Колумбии обернулась трагедией для многих, включая прямых жертв насилия, и наши мысли остаются с ними и их семьями. Однако это не поколеблет нашу уверенность в том, что у данных обвинений нет легального основания».

«Чикита» наладила связи с ОССК в девяностые, времена политической нестабильности в Колумбии, когда она расширяла в этой стране свой бизнес. Компания платила ОССК за защиту от нападения леворадикальных бандитов. По словам «Чикиты», они угрожали её бизнесу. Валсинг отмечает, что компания наняла ОССК, «хотя в компании знали, что те убивали гражданских и любого, кого подозревали в симпатиях к левым идеям».

В ходе судебного процесса юристы банановой корпорации заявили, что ОССК «вымогали деньги у компании» и угрожали её колумбийским сотрудникам. Однако судьи установили, что «Чикита» сознательно платила этой организации, и не смогла доказать факт вымогательства или отсутствия «разумной альтернативы» партнёрству с ОССК.

«Наши клиенты рисковали своими жизнями, когда проявили инициативу и призвали „Чикиту“ к ответственности», — заявила Агнешка Фришман, глава отдела прав человека юридической фирмы «Коэн-Мильштейн» и одна из адвокатов, ведущих дело. «Этот вердикт не вернёт жизни убитых, однако он расставит всё по местам и положит ответственность за финансирование терроризма на его виновника — «Чикита Интернэйшнл».

«Вашингтон пост», 12 марта 2001 года

Массив Парамилло, Колумбия

Спустя час полёта над лесом вертолёт опустился на крошечную прогалину. Ниже протекала река, а над землёй стелился туман, который каждый день оседает в ущельях и тенистых низинах этого горного тропического леса на северо-западе Колумбии.

Больше ничего нельзя было разглядеть. Но когда ветер от лопастей достиг земли и всколыхнул густой кустарник, появились люди. Между исполинскими деревьями возникли палатки. Дюжина мужчин окружила место посадки. В руках у них были китайские, русские и израильские винтовки, люди были одеты в камуфляж и красные береты с повязками Объединённых сил самообороны Колумбии (прим. ред.: далее — ОССК).

Это был передовой лагерь Карлоса Кастаньо, главнокомандующего частной армии, созданной североколумбийскими ранчерос более десяти лет назад для того, чтобы противостоять левой герилье. Сегодня он, сын молочного фермера, и его растущая армия, насчитывающая уже 8000 человек, — в эпицентре национального поиска выхода из сорокалетней гражданской войны. При этом они же являются одной из главных помех на пути американского правительства по уничтожению посевов опиумного мака, продукты которого нелегально провозят в США.

Солдаты Кастаньо удерживают обширные территории и сражаются с боевиками на ещё бόльших. За время своего существования ОССК успела стать чемпионом по жестокости: по подсчётам правительства, группировка убивает больше мирных жителей, чем герилья, для борьбы с которой она и создавалась. Несмотря на то, что сам Кастаньо исключён из недавно возобновлённых мирных переговоров, он утверждает, что колумбийцы поддерживают его участие в любых соглашениях по установлению мира в стране.

Итак, в тот день штаб-квартира Кастаньо представляла собой скопление палаток, незаметных с воздуха. От импровизированной посадочной площадки к ним сквозь деревья вела дорожка из фанерных листов. У каждого поворота стояли вооружённые люди. Появился небольшой генератор. Потом спутниковая тарелка. За ними фанерный стол с миской, полной фруктов, термосом с кофе и портативным ноутбуком.

Кастаньо вышел из своей палатки. На нём была свежая камуфляжная форма, застёгнутая на все пуговицы, со штанами, заправленными в берцы. Он был безоружен и улыбался.

Проведя тридцать пять лет в этих местах, потеряв отца и ещё пятерых родных, павших жертвой левых боевиков, сейчас Кастаньо силён как никогда.

И никогда он не внушал большего страха своим врагам и правительству, чем сейчас. Он утверждает, что двукратное увеличение численности его армии за последние три года — что в пять раз быстрее, чем рост левых сил, с которыми он сражается, — беспокоит его не меньше, чем радует, поскольку говорит о том, насколько ослабла власть правительства.

«Никто не говорит, что ОССК — это наилучшее решение проблем Колумбии», — поделился Кастаньо в интервью, которое дал, пока был с визитом в этот редут, расположенный в трёхстах двадцати километрах к северо-западу от Боготы. «Но это один из вариантов решения, возможно, единственный. И именно его колумбийский народ выбрал в данный момент».

Несмотря на то, что его армия не имеет официального политического статуса, Кастаньо играет ключевую роль в колумбийском мирном процессе и ратует за успех программы президента Андреса Пастраны по борьбе с наркотиками и развитию экономики, известной как «План Колумбия», которую также поддерживают США. В течение следующих двух лет Соединённые Штаты предоставят Колумбии 1,3 миллиарда долларов, в основном в виде транспортных вертолётов и командирования военных инструкторов, которые помогут колумбийским вооружённым силам в борьбе с наркотиками, на выручку от которых существуют незаконные вооружённые группировки как левого, так и правого толка.

По словам Кастаньо, его армия не занимается выращиванием или экспортом наркотиков, зато получает два миллиона долларов в год, принимая деньги от производителей и торговцев кокой. Кастаньо называет это налогами. У американских и колумбийских властей на этот счёт иное мнение. Они утверждают, что ОССК глубоко вовлечена в наркоиндустрию и зарабатывает значительно больше указанной суммы. При этом Кастаньо заявил, что поддерживает цель «Плана Колумбия» — ликвидировать наркоторговлю, которая, по его словам, разлагает и коррумпирует все слои колумбийского общества.

Находясь под угрозой двадцати ордеров на арест, в том числе по обвинению в убийстве правозащитников, Кастаньо годами скрывался от поимки в укреплённых лагерях, таких как этот, расположенный высоко в горах северной провинции Антиокия, примерно в часе езды от вражеских позиций. Он признаёт, что по мере усиления международного давления, колумбийские вооружённые силы направляют всё больше ресурсов на противостояние его войску.

Но, как утверждает Кастаньо, существует естественная политическая близость между вооружёнными силами государства и его собственными войсками — и те и другие имеют целью уничтожить левых боевиков. И это не позволяет расколу между ними стать слишком глубоким. «Они нам как братья», — говорит Кастаньо. «Наш враг — герилья, и это не изменилось».

Согласно словам Кастаньо, членами ОССК являются тридцать пять отставных офицеров и тысяча бывших солдат. По мнению колумбийских правозащитников и военных, это позволяет им получать от бывших коллег оборудование и разведданные.

«Вы увольняете этих людей — и с ними тут же связываются боевики», — констатировал в недавнем интервью министр обороны Колумбии Луис Фернандо Рамирес.

Поток кадров из вооружённых сил в ОССК, которая предлагает более высокую зарплату, чем государство, похоже, ускоряется. Из тридцати офицеров, уволенных в декабре за связи с боевиками, двадцать три теперь работают на Кастаньо, который утверждает, что помимо этого, среди его гражданских сторонников есть бывшие сотрудники генеральной прокуратуры, которые сохранили связи в правительстве.

«Мы начинали как реакция на герилью, но мы эволюционировали и теперь представляем интересы широких слоёв населения нашей страны», — утверждает Кастаньо. «У нас есть представление о том, каким должно быть государство с точки зрения экономики, прав человека и правосудия. Сейчас мы выступаем на более высокой политической арене, потому что у нас нет лидеров, которые бы рассуждали подобным образом», — добавил он.

Похищение и гибель родных, исключение из школы — многие события в жизни Кастаньо могли бы сделать из него левого боевика. Его становление, по сути, иллюстрирует многолетнюю борьбу Колумбии с самой собой — войну, в которой союзники определяются по географии, экономическим интересам и личной истории не меньше, чем по политической идеологии.

Семья Хесуса Кастаньо, отца лидера ОССК, владела ста восемьюдесятью гектарами сельскохозяйственных угодий, в основном диких. Хесус обеспечивал свою жену и 12 детей за счёт того, что получал с продажи молока, масла и сыра. Быть фермером в Антиокии восьмидесятых значило жизнь в постоянном страхе перед Революционными вооружёнными силами Колумбии, РВСК, — главной партизанской силой Колумбии и старейшего левого мятежного движения в Западном полушарии, насчитывающего сегодня восемнадцать тысяч бойцов. В то время левая, как и сегодня, группировка контролировала большую часть сельской местности Колумбии. Фермеры постоянно становились жертвами похищения и вымогательства, чтобы герилья могла обеспечивать себя деньгами.

В 1981 году Хесуса Кастаньо похитили РВСК и потребовали выкуп в размере семи с половиной тысяч долларов. Для его семьи эти деньги были целым состоянием. Под руководством старшего брата Карлоса Фиделем семья собрала половину денег, заложив ферму и распродав всё, что смогла. Но РВСК не отпустили отца после получения части оплаты. Мёртвое тело Хесуса нашли прикованным к дереву (прим. ред.: врачи констатировали смерть от разрыва сердца).

Пятнадцать лет спустя Карлос Кастаньо похитил брата Альфонсо Кано, члена секретариата РВСК, и потребовал такой же выкуп, «чтобы напомнить им, что они похитили и убили моего отца и не вернули ни его тела, ни денег». Брат Кано был возвращён семье целым и невредимым, хотя выкуп за него не внесли.

Похищение отца радикально повлияло на братьев Кастаньо. Они обратились за помощью к колумбийским военным. В то время военные занимались подготовкой военизированных формирований, чтобы жители отдалённых регионов могли защититься от террора РВСК.

Как сказал Кастаньо: «Мы взывали к правосудию, мы доверяли правосудию, но когда оно осталось безучастным, мы поняли, что должны взять правосудие в свои собственные руки. И я не стыжусь сказать, что мы делали это ради мести».

Братья прошли подготовку в батальоне «Бомбона» 14-й армейской бригады, служа проводниками в северном штате Кордова. Вскоре после окончания обучения Фидель создал группировку «Лос Тангерос», названную в честь местной птицы тангары. Тангерос прославились как эскадрон смерти номер один на севере Колумбии, и за период с поздних восьмидесятых по ранние девяностые их обвиняли в ста пятидесяти убийствах.

Группировка входила в число тех, которые, по мнению правозащитных групп, действовали в Антиокии и Кордове начала девяностых, наживаясь на защите интересов кокаиновых картелей. В частности, медельинской группировки, которую возглавлял вор, впоследствии ставший королём — Пабло Эскобар. Но в 1994 году Фидель исчез, предположительно, был убит у панамской границы во время операции по закупке оружия. Однако его тело так и не было найдено, так что генеральный прокурор Колумбии продолжает выписывать ордера на его арест.

Из эскадронов смерти выросли Крестьянские силы самообороны Кордовы и Урабы (КССКУ), старейшая и крупнейшая из частей ОССК, существующих на частные средства. Это стало результатом деятельности нового лидера — Карлоса Кастаньо. Он превратил региональные силы защиты в национальное политическое движение, взяв на вооружение левопопулистские обещания земельных реформ, развития социальной сферы и судебной реформы.

Сегодня его армия охватывает территории от северного побережья Колумбии, оплота КССКУ, до Путумайо — региона-лидера по производству наркотиков на юге страны.

С момента своего появления ОССК заручился поддержкой не только от терпящих бедствие крестьян, которые ищут защиты, но и от изнурённого среднего класса, который бессильно наблюдает, как левая герилья разрушает некогда мощную экономику, нападая на нефтепроводы, электростанции и другие элементы инфраструктуры страны.

Несмотря на то, что ОССК — вне закона, прошлогодний опрос «Гэллапа» показал, что её действия одобряет пятнадцать процентов населения. В пять раз больше, чем тех, кто поддержал левые РВСК.

По словам Кастаньо, ОССК по-прежнему получает восемьдесят процентов своего финансирования за счёт взносов от землевладельцев и бизнесменов, ищущих защиты от нападений в зонах, которые ОССК полностью контролирует или в которых так или иначе ведёт свою деятельность. Остальные двадцать процентов поступают от «налогов» с производителей наркотиков.

В то же время ОССК зачистила от предполагаемых сторонников герильи целые регионы. Делалось это путём массовых убийств. В числе которых убийство двадцати шести жителей деревни Ченге, которых члены Северного блока КССКУ предположительно закидали камнями и забили кувалдами (прим. ред.: курсив наш). Семидесятичетырехлетний старик, переживший эти события, сетовал: «У нас в стране больше нет правительства. Карлос Кастаньо — наш президент».

Правительство обвиняет ОССК в гибели 983 гражданских лиц в прошлом году, что на 32% больше, чем в предыдущем, причём убийства совершались выборочно общим числом в 500 раз.

Рассказ о резне в Ченге, опубликованный в «Вашингтон Пост», Кастаньо отверг как лживый, назвав его «книжкой о терроре». Командующий Северным блоком его войск по прозвищу Сантандер признал, что силы ОССК все же убили жителей деревни, но не камнями и молотами, как утверждалось, а огнестрельным оружием. Он обвинил РВСК в том, что они инсценировали метод убийства постфактум.

Кастаньо утверждал, что все убитые были сторонниками герильи, которых опознали дезертиры из РВСК, участвовавшие в тот день в операции на стороне ОССК, и что после происшествия только сторонникам РВСК среди населения Ченге разрешили говорить с репортёром.

«В тот день, когда в Колумбии произойдёт нечто подобное с участием ОССК, я исчезну», — сказал Кастаньо. «Прежде всего вы должны понять, что это конфликт иррегулярных формирований. Вы должны понимать, что характер этого конфликта определяет герилья, а не мы».

За последние пять лет Кастаньо редко даёт интервью лично. Поэтому на «дни открытых дверей» в его лагерь от аэропорта в северном городе Монтерия потянулись люди. В ближайшем ранчо на реке Сину оборудовали комнату ожидания с бассейном, музыкальным автоматом и глянцевыми журналами — при поддержке богатого сторонника. По пути из аэропорта мужчины несли с собой рации, по которым местные фермеры этого региона общаются между собой. Офицеры Кастаньо отзываются об этом регионе как об «освобождённом».

На ранчо прилетел небольшой вертолёт, и пилот не выключал двигатели, пока посетители набивались внутрь. По пути он приземлился на обширной равнине у небольшой фермы, где в роще деревьев была спрятана цистерна с горючим. Пилот, который когда-то проходил подготовку на американской военной базе, заправил бак и полетел дальше — сюда, в логово на Нудо-де-Парамильо.

Кастаньо — невысокий и жилистый, с глазами глубокого карего цвета, короткими волосами и безумной энергией. Во время интервью он скорее выкрикивал свои ответы, чем произносил их, применяя при этом разнообразные жесты — от тыканья пальцем до размахивания руками над головой. Он начал интервью со слов: «Меня невозможно обидеть. Спрашивайте о чём угодно, и я отвечу».

Во время двухчасовой беседы, на которой присутствовали семь из восьми его региональных командиров, Кастаньо описал свою армию как непонятую последнюю надежду для своей страны. Он сказал, что Колумбия находится в осаде у герильи, которая проникла во все сферы — от профсоюзов до международных правозащитных групп, и что её предало некомпетентное правительство, а процесс мирного урегулирования проходит однобоко.

Также, со слов Кастаньо, он считает, что Колумбии угрожают из-за её пределов. В частности, он утверждает, что приход к власти президента Уго Чавеса в соседней Венесуэле в 1998 году повлиял на ход колумбийской войны и может спровоцировать конфликт во всём регионе. Чавес — популист, бывший полковник — обвиняется колумбийскими чиновниками в укрывательстве похитителей, а его бывшими союзниками — в финансовой поддержке РВСК и предоставлении им безопасного прохода на территорию Венесуэлы.

Чавес отверг все эти обвинения. Однако Кастаньо заявил, что отряды РВСК регулярно проходят на территорию Венесуэлы, а военные вертолёты этого государства прикрывают их от атак ОССК. По его словам, для финансирования РВСК на венесуэльской стороне границы высажено десять тысяч гектар коки.

«Экспансионистские притязания Чавеса вселили надежду в РВСК. Для него это — шанс раздробить Колумбию и присоединить к своей территории», — говорит Кастаньо. «Командующий Северным блоком ОССК направил ко мне крупных [венесуэльских] скотоводов и землевладельцев, которые подвергаются эксплуатации… У нас уже есть венесуэльцы, которые проходят военное обучение, а мы создаём условия для формирования групп самообороны на границе».

На самом деле, большинство управленческих проблем Кастаньо сейчас вызваны популярностью ОССК. По его словам, из-за быстрого роста группировки старшие офицеры не успевают обучить новый персонал. По его словам, правила ведения боевых действий ОССК включают в себя инструкции по определению того, что является сотрудничеством с повстанцами, которое может стать причиной смертного приговора и казни. Отвечая на вопрос о том, не мог ли недостаток подготовки стать причиной недавних массовых убийств, включая убийства в Ченге, он сказал: «Вероятно, в некоторых случаях имели место эксцессы, вызванные быстрым ростом ОССК. Мы не станем разыгрывать из себя сестёр милосердия».

Через пятнадцать лет Кастаньо надеется изучать социологию, возможно даже в своей любимой зарубежной стране — Соединённых Штатах. Его жена, четырнадцатилетняя дочь и девятилетний сын живут в изгнании в Европе. Он ежедневно общается с ними по электронной почте, но признаёт, что они не совсем понимают его дело, благодаря которому он теперь имеет четыре пулевых ранения, международное осуждение и палатку в джунглях.

Его основные контакты с внешним миром — это интернет и спутниковая тарелка, которая ловит канал History, который он регулярно смотрит. Он только что закончил читать книгу Генри Киссинджера «Дипломатия». В качестве примеров для подражания Кастаньо называет Ричарда Никсона, Франсуа Миттерана и мать Терезу.

Кастаньо скучает по Боготе, столице, которую не видел уже десять лет. «Я создал себя в джунглях», — говорит он. «Живя здесь, я забыл, что значит быть со своей семьёй. Я хочу учиться, быть с родными и вернуться в свою страну, чтобы вносить свою лепту».

«Мы готовим себя к тому, чтобы победить на поле боя и заставить герилью пойти на переговоры», — сказал Кастаньо.

Транскрипт интервью с Карлосом Кастаньо можно прочесть на сайте «Вашингтон Пост» (прим. ред.: ссылка на него на сайте издания отсутствует, как, по-видимости, и сам текст в принципе).

Послесловие редакции

Мы не можем отмахнуться от того, насколько история Кастаньо перекликается с русскими событиями 1917 года. 

Вероятно, от рук его людей действительно пострадали невинные, кого заподозрили в связях с левыми по ошибке либо «на всякий случай». Русских добровольцев тоже часто обвиняют в «белом терроре». Теми же словами и на тех же основаниях. Хотя они просто защищали свою страну и свой образ жизни. 

Сидя в своих сверхбезопасных домах с электричеством, интернетом и доставкой любых товаров двадцать четыре часа в сутки, мы забываем, что мир войны совсем иной. Решения, которые принимают люди, потерявшие близких и имущество по вине идейных людоедов, тоже будут не такими, какие приняли со своих диванов мы. 

Если оглянуться кругом, то, может быть, совсем-совсем рядом мы найдём нечто похожее. Оно происходит прямо сейчас. Хорошо бы не повторить судьбу Кастаньо и русских белых. Чтобы спустя двадцать лет судили компании, которые поддерживали их, а не нас. «Никогда больше» — всё-таки очень хороший девиз и, может быть, даже жизненное кредо.

Задонать своей кибердиаспоре
И получи +14 баллов социального рейтинга!
Image link