Давай уедем в Асташово — Local Crew

Давай уедем в Асташово

Более того

Культурное богатство нашей необъятной Родины практически невозможно переоценить – где бы вы ни оказались, в каком из многочисленных уголков страны не читали сейчас эти строки, вам достаточно просто осмотреться вокруг, чтобы понять – прошлое никуда не исчезло, и оно куда ближе, чем кажется на первый взгляд.

Обращаясь к языку формальностей и сухих цифр, общее количество объектов культурного наследия в Российской Федерации превышает 92 тысячи. Вокруг крупнейших из них созданы историко-архитектурные заповедники и музеи, куда в течении многих лет свозили шедевры деревянного зодчества из окрестных деревень. Например, Кижский Спасо-Преображенский погост, расположенный в Карелии, на острове Кижи посреди Онежского озера – единственный в России памятник деревянной архитектуры, включенный в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Но есть и тысячи памятников, которые до сих пор стоят там, где были построены, которые видели революции и войны, прошли сквозь время и буквально вросли в окружающие их пейзажи. У каждого из них особая аура и своя уникальная история…

Одно из таких мест – усадьба крестьянина Мартьяна Сазонова, расположенная в деревне Асташово Чухломского района, на севере Костромской области. В тихом месте на окраине деревни, среди леса стоит настоящий расписной терем из русской сказки. Согласно семейному преданию, дом был построен Мартьяном в подарок второй жене в 1897 году.

Во второй половине XIX-начале XX века многие крестьяне жили отходом – «отходили» на сезонную работу в другие города и сёла. В зависимости от расстояния отход был дальним (Петербург, Москва) или ближним (соседний или собственный уезд). Костромская губерния была одной из первых по числу дальних отходников: в отход уходил каждый пятый житель. Отчасти это было связано с малоземельем и низким качеством местных почв. Второй причиной распространения отхода, как явления, была экономическая – заработки отходников, как правило, были выше. Средний годовой доход отходного крестьянина из Костромской губернии в начале 80-х годов XIX века на треть превышал заработок кустаря в деревне (46 руб. и 31 руб. соответственно).

Родившийся в 1841 г. в деревне Осташево, Мартьян Сазонов не был исключением. Овладев в отрочестве строительными навыками, как и большинство чухломских отходников, он уехал на работы в Петербург, где впоследствии получил квалификацию столяра и краснодеревщика, выучившись столярному делу у знакомого петербургского мастера.

Мартьян работал в Петербурге более 30 лет, сначала проживая там без семьи и регулярно приезжая в родную деревню на побывку, а к середине 80-х годов XIX века – вместе с семьей. Часть доходов в этот период он вкладывал в родной Чухломской уезд, не только строя дома в самом уездном городе, но и занимаясь благотворительной деятельностью. Через несколько месяцев после смерти жены Сазонов взял в жены Елизавету Добровольскую – дочь заштатного дьякона церкви Ильи Пророка из соседней деревни Фалилеево. Вскоре после свадьбы он принимает решение отойти от дел и вернуться на малую родину, тогда же возникает идея строительства нового дома.

Архитектурно усадьба Сазонова представляет собой художественный объект, который восходит как к национальному модерну, так и к традиционным художественным ремеслам, в так называемом «русском стиле». Одним из главных идеологов этого движения был Иван Павлович Ропет, известный архитектор последней трети XIX века. Одна из наиболее известных работ Ропета – русский павильон на Всемирной выставке в Париже 1878 года. Его эскизы неоднократно публиковались в популярном издании «Мотивы русской архитектуры» в 70-х годах XIX века. Архитекторы и искусствоведы, изучавшие усадьбу Сазонова, пришли к выводу, что именно эскиз загородного дома Ропета, опубликованный в одном из номеров журнала, был взят Мартьяном в качестве образца при проектировании дома.

До революции Сазонов не дожил. В 1918 году усадьбу национализировали, вдову выселили. До 1942 года дом пустовал. По рассказам местных жителей, терем вновь открыли по приказу председательницы местного колхоза – из-за желания сыграть в его стенах свадьбу. После этого в его помещениях в разные годы размещались различные учреждения: контора колхоза, сельсовет, сберкасса, библиотека, почта, клуб и фельдшерский пункт. При таком количестве размещенных организаций терем, по сути, находился в бесхозном состоянии, что наложило свой отпечаток – крыша протекала, ремонт не производился со времени строительства. Учреждения просуществовали в нем примерно до середины 70-х годов, постепенно перемещаясь в ближайшее крупное село – Введенское (Петровское), по мере того, как «бесперспективное» Асташово пустело. Жизнь перестала теплиться в деревне с начала 90-х годов, и терем впал в летаргию.

К началу XXI века лес практически полностью поглотил деревню и обступил терем со всех сторон. Деревянный дом не живёт долго без крыши – после нарушения ее целостности начинают гнить кровля и сруб, что рано или поздно приводит к полному обрушению конструкции. После этого дом «уходит» в землю очень быстро.

Бесследно пропасть в бескрайних лесах объекту не дал московский предприниматель Андрей Павличенков, который обратил на него внимание в 2005 году.

В начале восстановительно-реставрационных работ совместно с московским клубом «ТАМ» была произведена вырубка сорнякового леса вокруг здания, разбор мусора, сортировка ценных исторических предметов и поврежденных элементов декора. Потом были выполнены обмеры, фотофиксация и в дело вступили профессиональные реставраторы из мастерской Александра Попова. Накренившаяся башенка, угрожавшая сохранности всей конструкции, была снята с помощью автокрана. К дому была отсыпана дорога длиной 2 км, заново подведено электричество.

Все детали терема, начиная от брёвен сруба и заканчивая резными деталями декора, были промаркированы, разобраны и в 2011 году перевезены в реставрационный центр мастера, расположенный в городе Кириллове Вологодской области. Главное отличие научной реставрации от восстановления и реконструкции – это максимальное сохранение исторического материала. Процесс реставрации длился 6 лет, работы велись с применением исторических технологий и материалов: тесаных бревен, дранки, войлока, гидроизоляции из бересты. Мастерам удалось сохранить более 60 % подлинной конструкции.

Дом был собран на старом месте, но на новом фундаменте. Если присмотреться к фасадам терема, то можно увидеть оригинальные не прокрашенные доски и детали резьбы, которые намеренно оставили в первозданном виде.

Но, помимо восстановления внешнего облика, не менее важной задачей было воссоздание интерьера. Сложности добавляло то обстоятельство, что в советское время он был практически полностью утрачен в большинстве комнат. Информацию об облике помещений собирали по крупицам, основываясь на немногих сохранившихся фотографиях и рассказах местных старожилов из соседних деревень. Одной из важных деталей, которая демонстрирует, с каким усердием подходили мастера к восстановлению интерьеров, являются обои в гостиной второго этажа. Во время разбора мусора волонтеры обнаружили немногочисленные уцелевшие фрагменты обоев, которые были отправлены в Великобританию – там по ним была восстановлена изначальная цветовая гамма и технология производства. Лишь в августе 2018 года они заняли своё законное место на стенах гостиной. Так как оригинальная мебель была утрачена, подобную ей искали по окрестным деревням, стараясь с максимальной достоверностью воссоздать интерьер с дореволюционных фотографий. На первом этаже, в людской, восстановили русскую печь, в гостиной второго этажа – печь с изразцами. Сегодня терем в Асташово — один из лучших деревянных домов России.

Для этого памятника обстоятельства сложились удачно: терем спасли от разрушения и забвения вдали от цивилизации, вдохнули вторую жизнь, но при этом в него заложили и блага современности: центральное отопление, душевые, туалеты, а в одном из номеров даже ванную. С 2016 года усадьба Мартьяна Сазонова является первой в России гостиницей-музеем, где гости могут забронировать места для проживания вдали от городской суеты в любое время года.

У гостей усадьбы есть уникальная возможность окунуться в ушедший мир русской провинции, своими глазами увидеть результаты уникальной реставрации и убедиться в том, что сохранять культурное наследие не только нужно, но и возможно. Интерьер номеров, воссозданный с поразительной точностью, сохраняет, однако, свой функционал. Здесь все настоящее: сундуки, мебель, зеркала в тяжелых оправах.

С самого детства мы привыкли, что посещение музея – это всегда строгое и неукоснительное соблюдение правил: экспонаты запрещено трогать руками, мебель отгорожена от посетителей, а книги надежно укрыты под стеклом.  В усадьбе все иначе: удобно расположившись в гостиной на диване или антикварном стуле за столиком с зелёным сукном, можно перелистывать страницы журнала Нива за 1896 год, попивая при этом чай.

На этом же столе рядом будет стоять пара современных планшетов, с помощью которых в интерактивной форме можно ознакомиться с богатой коллекцией материалов, повествующих о мужском и женском крестьянском быте вековой давности, с подтверждающими цитатами из дореволюционных книг и результатами исторических исследований. При желании можно просто уйти с книгой в эркер и погрузиться в чтение, поглядывая на окружающий лес из кресла качалки.

На стенах комнат висят оригинальные дореволюционные фотографии, под которыми расположены метки активации аудиогида, рассказывающего истории этого дома от лица ключницы, которая застала жизнь деревни и хозяина с молодой женой. При желании гости усадьбы могут воспользоваться услугами профессиональных экскурсоводов, чтобы ознакомиться с историей терема и региона более подробно.

Сполна насладившись аутентичной атмосферой сазоновской усадьбы, гости могут отправиться на прогулку в лес по одному из промаркированных пеших маршрутов, на которых встречаются свежие арт-объекты.

Также есть возможность заказать экскурсии по региону:

  • в Погорелово, посетить соседний терем-побратим, выполненный в северном архитектурном стиле;
  • на узкоколейную дорогу в Номже;
  • в Солигалич или Судай;
  • в Чухлому или Галич.

Для любителей активного отдыха доступны поездки на квадроциклах или снегоходах, в зависимости от сезона.

Любое путешествие заставляет человека меняться, а поездка в подобные места не может оставить равнодушным. Прикоснувшись к вековой истории этой земли, окунувшись в тишину окружающих терем лесов, начинаешь слышать в собственной душе звуки гармонии, обычно неслышимой нами в шуме городской суеты, и оттого почти утерянной. А на обратном пути, смотря в окно на проносящиеся мимо пейзажи, осознаешь, что появился повод и для несколько иных размышлений. Ведь путь к терему пролегает через древние русские города. После красавицы Костромы жизнь начинает увядать, появляются первые брошенные деревни. Дорога ведет мимо старых домиков Судиславля с резными наличниками, дореволюционных торговых рядов Галича, остовов крепких больших домов в частично ещё жилых деревнях, и наконец достигает конечной точки – нарядного лесного терема. После этого понимаешь, что этот край мог бы выглядеть не так пессимистично, но при каких условиях…? Вопрос, на который вряд ли можно ответить однозначно.

Терем для многих из нас является диковинкой, выпадая из контекста реальности. Это ещё одна забытая частичка нашей собственной культуры — русские приезжают погостить домой сами к себе.